Кормит не земля, а труд на ней

“Природа вложила в человека некоторые врожденные инстинкты, как то: чувство голода, половое чувство и т.п., и одно из самых сильных чувств этого порядка - чувство собственности. Нельзя любить чужое наравне со своим, нельзя обхаживать, улучшать землю, находящуюся во временном пользовании наравне со своей землей”. П.А. Столыпин.

Профессор Е.И. Кивейши говорила, что активного хозяина создаёт не право собственности на землю, а право собственности на результаты своего труда. Критически относится Елена Ивановна и к дроблению сельскохозяйственных угодий, чересполосице, которую может вызвать раздел их на земельные доли.

Действительно, это не может быть основой современного земледелия. Теперь нельзя делать ставку на карликовые хозяйства. Не лишним будет напомнить о том, что в бывшей ГДР почти половина земельной площади используется коллективно. Хотя поначалу казалось, что после роспуска кооперативов и госхозов крестьяне захотят иметь свои наделы. Не захотели, а акционировали сельскохозяйственные предприятия. И работают сейчас так эффективно, что это даже вызывает некоторое беспокойство у фермеров, владельцев “старых” земель в ФРГ. И нет здесь ничего удивительного, поскольку себестоимость сельскохозяйственной продукции, как правило, выше на мелких предприятиях. В данном случае фермеры могут оказаться неконкурентоспособными, что в итоге приведёт к их разорению. Этот вопрос находится сейчас под пристальным вниманием правительства и учёных-экономистов Германии.

Само собой разумеется, что крупные хозяйства должны использовать интенсивные технологии в растениеводстве и животноводстве. На подобных предприятиях восточных земель нынешнего ФРГ на одного труженика приходиться 70-100 гектаров сельхозугодий. Мы пока существенно отстаём от них, расходуя при этом больше энергии на производство единицы продукции, а также уступая в производительности труда. Словом, пока у нас слабо реализуются преимущества крупных сельскохозяйственных предприятий. Оттого и себестоимость нашей продукции высокая при низкой рентабельности производства. Но эту неблагоприятную ситуацию можно изменить.

Что касается частной собственности на землю, то большинство участников республиканского референдума высказалось в свое время против её купли-продажи, а значит, и против вовлечения сельскохозяйственных угодий в товарно-денежные отношения. Кстати, у нас более 15% земель занято приусадебными и дачными участками, но даже они засеваются далеко не полностью. Причина простая: нет механической и иной тяги. На ручном же труде далеко не уедешь. Не хватает и многого другого, в частности, органических удобрений, элитного посевного материала, средств защиты от вредителей и болезней и т.д.

И уж совсем фантастической кажется мысль, высказываемая некоторыми авторами о том, что при использовании 30% всех угодий республика будет завалена продуктами питания. Ведь эту цифру владельцы личных подсобных хозяйств почти “оседлали”. Судите сами: их коровы, как правило, щиплют травку на колхозном поле или лугу. Там же они заготавливают для нее и другой живности корма. Да и что греха таить, люди нередко действуют по принципу: “всё вокруг - колхозное, всё вокруг - моё”. Проще сказать: прихватывают всё, что плохо лежит. Правомерность этих суждений подтверждается наблюдениями российских ученых. По их оценке, в личных подсобных хозяйствах потребность в кормах за счёт собственных источников удовлетворяется лишь на 9%. Происходит как бы перераспределение земельных ресурсов (а точнее - получаемой продукции) в пользу частных хозяйств, хотя официальная статистика это не учитывает.

Опыт ряда зарубежных стран с развитым аграрным сектором убедительно свидетельствует, что сельскохозяйственное производство можно успешно вести без частной собственности на землю. Любопытная деталь: в годы правления Франклина Рузвельта, когда США выходили из аграрного кризиса, не было и речи о приватизации земли. Против неё сейчас особенно выступает бывший министр юстиции США Рэмсей Кларк, опубликовавший в одном из российских журналов статью под красноречивым названием “Приватизация и нищета”. Основной её тезис - государственная собственность на землю более всего отвечает интересам народа. В Израиле, Китае и частично в Нидерландах сельхозугодья принадлежат государству, и от этого там не страдают. Продуктивность полей в названных странах настолько высока, что нам и не снилось. И всё потому, что они задействовали в полную силу материальные стимулы, а также интенсивные технологии возделывания сельскохозяйственных культур, в том числе и средства химизации. Очевидно, и нам не стоит заново изобретать велосипед, а лучше идти по выверенному пути. Иначе и частная собственность на землю нам не поможет. И всё же полностью нельзя отрицать её необходимость, хотя, может, с этим нужно немного повременить.

Вот информация к размышлению. На одной из международных конференций, прошедшей в Белорусской сельскохозяйственной академии, выступал Эдвард Кшивы - польский учёный. Опубликованы и тезисы его доклада. На их основании можно сделать вывод, что наша ближайшая соседка вносит на единицу площади столько же минеральных удобрений, сколько и мы (по другим источникам даже меньше). А результат получается далеко не одинаковый: в Польше (возможно, благодаря частному землевладению) продуктивность сельскохозяйственных культур заметно выше.

Как тут ни вспомнить интервью в “Народной газете” (№ 98, 2003 г.) В.Н. Густыря - руководителя одного из лучших хозяйств (сельскохозяйственный кооператив “Свислочь” Гродненского района). Он приводит свои доводы в пользу частной собственности на землю. И делает Василий Николаевич такой вывод на основании анализа отношения к труду колхозников, а также немецких “бауэров” и польских “рольников” (земледелов). Сказанное, однако, не означает, что передовой председатель горой стоит за карликовое хозяйство. Как раз наоборот.

Так что мнения специалистов по земельному вопросу расходятся. Но они едины в том, что будущее за крупнотоварными сельскохозяйственными предприятиями, способными выжить в рыночных условиях. Форсированное же насаждение фермерства в начале реформ и скоропалительный разгон крупных хозяйств не лучшим образом сказались на работе агрокомплекса Российской Федерации, что вынужден был признать теперешний руководитель этого ведомства А.В. Гордеев. Подобные сведения как нельзя лучше подтверждают правильность взятого курса в нашей республике на постепенное реформирование села, не разрушающего при этом крупнотоварное производство.

Революционный путь мы уже проходили. Нужен эволюционный. Очевидно, что и в отношении землевладения такой подход вполне оправдан. Но из этого не следует, что в определённых условиях не появится потребность и в частной собственности на землю, особенно применительно к “лежачим” колхозам. Возможно, её надо использовать как награду за высокоэффективный труд, что, по существу, и предлагает Елена Ивановна.

Высказываются опасения по поводу появления у нас безземельных крестьян (батраков), если нагрянет приватизация. Положение может осложнить возвращение земель их бывшим собственникам, или так называемая реституция, хотя, конечно же, до этого не дойдет: государство контролирует ситуацию. Однако объективности ради следует заметить, что встречаются ещё в наших селах люди, которые не очень уж стремятся улучшить свою жизнь. Их, очевидно, устраивает низкая зарплата, неухоженная усадьба и сорняки на собственном огороде. Словом, земля для отдельных наших соотечественников едва ли не обуза, или, во всяком случае, не мать-кормилица. Таких людей у нас в Беларуси народ называет не иначе, как “пусцi - павалюся”. Хорошие хозяева в такой среде вряд ли появятся. Им придётся либо основательно перестраиваться, либо стать наёмными рабочими. Большинство же сельчан, по-видимому, сумеет приспособиться к рынку и будут эффективно трудиться на земле.

Безусловно, работать на себя, а не на дядю, по мнению российского экономиста Г. Лисичкина, гораздо выгоднее и продуктивнее. И вот какие цифры (возможно, спорные) он приводит по этому поводу. Помещичьи хозяйства до революции имели 56,6% земли, но именно крестьяне давали 88% всего хлеба и 78% - товарного. Кстати, даже в такой стране, как США, доля наёмного труда в сельском хозяйстве составляет всего лишь около четверти от всех работающих. Причем такие работники заняты сезонно и на менее ответственных участках.

И всё же современным реалиям отвечает “теория ниш”, в соответствии с которой каждая из форм собственности и хозяйствования находит то место в экономической системе, где она окажется эффективной.